Новые клинические рекомендации: что изменилось и есть ли повод для паники

В сентябре 2026 года в России начали применять новые клинические рекомендации «Расстройства сексуального предпочтения». После этого появились сообщения о том, что фетишизм и садомазохизм якобы впервые признали психическими расстройствами, а людей, практикующих БДСМ, теперь могут отправлять в психиатрические больницы.

Реальная ситуация сложнее. Рекомендации действительно приняты, но их новизну и возможные последствия в некоторых публикациях заметно преувеличивают.

Что именно изменилось?

Документ разработан Российским обществом психиатров и одобрен Научно-практическим советом Минздрава. Это уже действующий документ, а не проект: его применение началось 16 сентября 2026 года. Следующий пересмотр предусмотрен не позднее 2028 года. Рекомендации в рубрикаторе Минздрава.

При этом фетишизм и садомазохизм не были впервые объявлены расстройствами в 2026 году. Эти категории существовали в МКБ-10 задолго до появления новых рекомендаций и присутствовали в российских медицинских руководствах ещё в 1999 году.

Новым является прежде всего сам клинический документ, который подробно описывает диагностику, лечение и наблюдение пациентов с такими расстройствами.

Любая БДСМ-практика теперь считается расстройством?

Нет. В рекомендациях прямо указано, что слабые садомазохистские элементы могут присутствовать в нормальной сексуальной активности.

При этом для диагностики садомазохизма используются более широкие критерии: такая активность должна быть главным источником сексуального возбуждения или необходимым условием удовлетворения.

Общий критерий также предусматривает длительно существующие интенсивные необычные побуждения или фантазии, которые реализуются в поведении либо вызывают значительные душевные страдания. Таким образом, страдание не является обязательным условием во всех случаях. Критерии диагностики.

Именно здесь возникает одна из главных проблем документа. Согласие партнёров само по себе не указано как безусловное исключение диагноза, а некоторые формулировки достаточно широки. Это оставляет пространство для патологизации части добровольных сексуальных практик.

Но из этого не следует, что всех людей, практикующих БДСМ, автоматически начнут диагностировать.

Можно ли назначить лечение без согласия?

Само сексуальное предпочтение не создаёт такого права. Обычное амбулаторное лечение требует информированного добровольного согласия. Сам диагноз или диспансерное наблюдение также не дают автоматического права принудительно назначать человеку лекарства.

Для лечения без согласия существуют отдельные основания, связанные с недобровольной госпитализацией или принудительными мерами по уголовному законодательству.

Причём в самих новых рекомендациях прямо указано, что изолированное расстройство сексуального предпочтения не является основанием для круглосуточного психиатрического стационара. Показания для госпитализации.

Поэтому утверждение «теперь любителей БДСМ будут отправлять в психбольницы» не соответствует содержанию документа.

Когда возможно недобровольное вмешательство?

Здесь важно отделять сексуальное предпочтение от оснований для психиатрического вмешательства. Закон предусматривает возможность недобровольного освидетельствования и госпитализации, но для этого нужны дополнительные обстоятельства — например, тяжёлое психическое расстройство, создающее непосредственную опасность, беспомощность или существенный вред здоровью без помощи. Закон о психиатрической помощи, статьи 23–25 и 29.

Одного необычного сексуального предпочтения или даже психиатрического диагноза для этого недостаточно.

Заявление родственника, бывшего партнёра или соседа также само по себе не является основанием для принудительного освидетельствования.

Какие риски действительно есть в документе?

Главный вопрос — не только в возможности принудительного лечения, но и в риске чрезмерно широкой диагностики и стигматизации.

Новые рекомендации создают для врачей единый ориентир: как обследовать человека, ставить диагноз, выбирать лечение и оценивать результат. При этом некоторые диагностические формулировки достаточно широкие, чтобы вызывать вопросы о том, где проходит граница между сексуальным предпочтением и патологией.

Документ предусматривает психотерапию и, при наличии показаний, лекарственное лечение. В том числе упоминаются препараты, подавляющие действие или выработку тестостерона. Для антиандрогенов и аналогов ГнРГ требуется добровольное информированное согласие пациента.

При этом многие лекарственные рекомендации имеют уровень убедительности C и доказательности 4–5. Поэтому само официальное одобрение документа не означает высокой научной доказательности каждого отдельного назначения. Раздел о лекарственном лечении.

Весь остальной мир уже перешёл на МКБ-11?

Тоже нет. МКБ-10 продолжает использоваться в разных странах, в том числе в Германии. Кроме того, вступление МКБ-11 в силу на уровне ВОЗ не означает одновременного перехода всех стран. По данным ВОЗ на май 2024 года, только 14 стран и территорий начали собирать или представлять данные с кодированием по МКБ-11. Остальные находились на разных стадиях подготовки. Данные ВОЗ о переходе на МКБ-11.

Поэтому противопоставление «Россия осталась на МКБ-10, пока весь остальной мир перешёл на МКБ-11» — неверное обобщение.

Что делать, если вам предлагают лечение?

Необычный сексуальный интерес сам по себе не создаёт обязанности идти к психиатру или «исправляться». Закон запрещает основывать диагноз только на несоответствии общественным моральным ценностям и использовать лечение как наказание или в интересах других людей. Статья 10 закона о психиатрической помощи.

Если врач предлагает лечение, человек может попросить объяснить:

• какие именно симптомы врач считает расстройством;
• какого результата предполагается добиться;
• какие существуют риски;
• какие есть альтернативы.

В обычной добровольной ситуации человек вправе отказаться от лечения.

Если возникает реальная угроза принуждения, важно выяснить правовое и медицинское основание вмешательства, попросить оформить его письменно, связаться с адвокатом и доверенным человеком и не подписывать добровольное согласие, с которым человек на самом деле не согласен.

Может ли психиатрия стать инструментом давления?

Существует ещё один вопрос — возможное использование психиатрии как инструмента давления, например при задержании. Такие злоупотребления психиатрической госпитализацией в отношении задержанных и активистов документированы. Однако достоверных данных о том, как часто людей госпитализируют именно за добровольные БДСМ-практики или фетиши, нет.

Поэтому нельзя автоматически переносить известные случаи политически мотивированных госпитализаций на всех людей с такими предпочтениями.

При этом сведения о сексуальной жизни действительно могут стать дополнительным поводом для давления, если сотрудники уже намерены его оказывать. Это возможный механизм злоупотребления, но не установленное последствие новых клинических рекомендаций.

Что важно вынести из этого разбора?

Новые рекомендации уже действуют, но сенсационная подача преувеличивает их новизну и непосредственные последствия.

Они не означают, что:

• фетишизм и БДСМ впервые стали психиатрическими диагнозами;
• любой человек, практикующий БДСМ, автоматически считается психиатрическим пациентом;
• за добровольные сексуальные практики можно автоматически назначить принудительное лечение;
• человека можно автоматически госпитализировать только на основании такого диагноза.

При этом и полностью утверждать, что «ничего не изменилось» было бы неправильно.

Главная проблема — широкие диагностические формулировки, которые могут создавать пространство для патологизации части добровольных сексуальных практик и дополнительной стигматизации.

Насколько сильно новый документ изменит повседневную практику российских психиатров, пока оценить рано: он начал применяться только 16 сентября 2026 года.